Вверх страницы
Вниз страницы

ZUGZWANG

Объявление

18/11 Несколько эпизодов перенесено из отыгрышей настоящего во флешбеки. Пожалуйста, помните, что сейчас в игре идет февраль 2016 года. Спасибо за внимание!
Обновлены активисты недели.
31/07 Ролевая закрыта.
12/11 Набор в Общество ЗАКРЫТ. Исключения составляют акции.
11/11 ОБРАЩЕНИЕ К ЗАДЕРЖИВАЮЩИМСЯ С АНКЕТОЙ. Пожалуйста, если вам интересна игра, то продлите срок или же напишите анкету, а не молчите. Спасибо за внимание.
Так же были выбраны активисты, первый раз считался от самого открытия ролевой. Поздравим наших активистов!
07/11 У нас появились еще три квеста, в которые вы можете записаться прямо сейчас. Так же хотим сказать, что скоро будет закрыт набор персонажей, относящихся к Обществу. Спешите!
У нас появилась акция на представителей Чайной вечеринки!
02/11 У нас уже 12 принятых игроков, спасибо вам за то, что с нами! А теперь к делу: появились первые квесты, пока только для криминальной части жителей, но вскоре появятся и более нейтральные.
30/10 Пока дети ходят по чужим домам и клянчат сладости в страшных костюмах, мы открываем ролевую. Добро пожаловать в Порт-Ройал.
активисты недели:

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ZUGZWANG » Давно и неправда » 04.07.2015 / зачем нам шкаф


04.07.2015 / зачем нам шкаф

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://67.media.tumblr.com/2eb6670b48cb3ec3590b1f3cc4c21598/tumblr_n0xq3xGDHE1t2kk9ho1_500.gif

Тип эпизода
закрытый

4 июля, около пяти вечера

Знойный летний вечер


о п и с а н и е
Шведские головоломки в состоянии слегка измененного сознания.

0

2

– А и правда, зачем? – язык ворочался во рту с ощутимым трудом, отвечая на заданный кем-то (кем?) вопрос. Если это был сон, задавать такие вопросы мог и сам Господь Бог, но что-то он не стремился продолжать диалог. Если это был сон, то можно сейчас оттолкнуться лопатками от пола, на котором Аллен в буквальном смысле распростёрлась, и взлететь. Туда, к потолку и Богу, чтобы диалог вести было удобнее.

Сэра ёрзает (по-другому эту пародию на гусеницу не назовёшь), явно пытается оттолкнуться от пола сразу всем телом, но законы сна отказываются работать, и она замирает в медлительной растерянности. То есть, результат нисколько её не огорчает, а приятно озадачивает: а почему не получилось-то, и нет ли в этом какого-то особого смысла.

Вообще-то, сегодня был День Независимости – ну, день, когда американская нация должна чувствовать себя единой, даже если эта нация давным-давно живёт вне пределов страны. Ещё сегодня был день, когда Мариссе надоело спотыкаться о шкаф, торчащий в жилой комнате в разобранном состоянии. Наконец, сегодня был тот день, когда Сэра, сверившись с календарём, датчиками, посчитав что-то на калькуляторе и пощупав продукт, безапелляционно заявила о его готовности. Раз он готов, его стоит попробовать – не потому, что его нужно протестировать, а просто потому что. Потому что День Независимости. Единство нации.

К мыслям о необходимости собрать шкаф они всё равно пришли уже после тестирования.

Мысль о шкафе, медленная и тягучая, возвращает Сэру к цели – она медленно переводит взгляд с потолка на крепление для полки (кажется), зажатое в кулаке. Во втором кулаке тоже что-то зажато, но, вопреки желанию рассмотреть это «что-то», пальцы весело подёргиваются и не разжимаются. Наблюдать за их дёрганьем тоже весело и спокойно.

Мир замедлил свой ход, одна из «антенн» на голове превратилась в ничто, старая майка опять порвалась у края подола.

Зачем нам шкаф, вопрошает Бог, и Сэра перекатывается набок, отыскивая глазами Мариссу. На это уходит время – раздражающе много времени по нынешним меркам – но, когда взгляд выхватывает среди нагромождений предметов, которые искажены, нужный образ, злиться на потерянное время уже нет смысла.

– И как?

+1

3

Сложно.

Сэра лежит на полу, в ее покрасневших глазах застыл вопрос, на который надо дать ответ. Не Мариссе, разумеется. Марисса плывет по волнам мироздания и ее не должно ничто заботить. Правила этой игры ей нравятся, и потому Мариссу действительно ничто не заботит.

- Как-то. Как-нибудь. Я не знаю как. Но как-то оно собирается, - Марисса все же отвечает на вопрос сама. Рука, слишком тяжелая и одревеневшая, тянется к  одной из валяющихся на полу деталей. В первый раз Марисса промахивается. Во-второй - подбирает уголок и вертит его в руках с не очень ясными целями.
Вернее, ясно одно. Целей нет. Идей тоже.

Господи, храни Америку!

- Это все пролежало тут... долго. Долго пролежало. Надо бы найти инструкцию, - Марисса вяло водит взглядом по пространству. На этом ее энтузиазм скоропостижно кончается (возможно, даже в муках). Вставать и рыться в откровенно засранной комнатушке, чтобы найти какую-то бумажку? Да ну его!

- Нет инструкции, - язык Мариссы вяло перемещается по иссохшему рту, отчего к легкой картавости прибавляется такая же легкая шепелявость, - Но ты же у нас, типа, умная. Я даже пятерки получала, когда у тебя списывала. Единственные пятерки в моей жизни не по физкультуре, кстати...

Марисса хихикает, отчего-то ей очень смешно. Ну, то есть, понятно отчего - юные патриотки накурились так плотненько, что теперь их могло насмешить буквально что угодно. Нельзя же было оставлять незамеченным такой важный день для них обеих, а Сэра не пьет. Оставалось только приложиться к любовно заготовленным плодам "древа жизни", произраставшего в их маленьком шкафном саду. Тоже идея хорошая.

- Так вот, - хрипло возвращается на стройную дорожку мысли Марисса, - С твоей головой собрать эту штуку не сложнее чем из лего небоскреб в виде хера сделать. Может, пораскинешь мозгами?

Один хуенебоскреб - это, конечно, смешно. Но Марисса представляет, что было бы, будь у нее таких два. Сознание услужливо подкидывает сюжет одиннадцатого сентября и она заходится в приступе хохота, искренне надеясь, что никто и никогда не узнает, что она думала о чем-то подобном.
Ну, кроме Сэры. Сэра поймет.

- Прикинь, два лего-небоскреба в виде херов, - Марисса продолжает хихикать, не в силах сдержать себя, - Которые сбивает самолет... Блядь, какая я мерзкая, о таком думать!

Впрочем, она все равно смеется дальше.

- Ну, так что, - успокоившись, склоняет она тяжелую голову набок, - Если оно готово, то, может, ты без инструкции осилишь?

+1

4

– Конечно собирается,  – Сэра трёт кулаком, в котором до сих пор что-то зажато, глаза, и мысль о том, что где-то в этом скопище деталей лежат её очки, без которых она, в принципе, видит, снова ускользает, отбрасываемая мозгом. Он сейчас готов думать о Гватемале. О всеобщем балансе. О прорывной теории возникновения жизни на Земле. Но только не об очках, которые находятся в радиусе метра от тебя. – Оно же для этого сделано.

Или оно сделано для того, чтоб вот так лежать и думать о Гватемале.

– Или нет, – вслух соглашается со своим внутренним миром (и, совершенно случайно, не соглашается с заявлением про инструкцию, которое попросту отметается её мышлением) Сэра, – Слышишь, – она снова отыскивает рыжее пятно среди сонмы образов и фокусируется на нём, – Помнишь же, как эта штука называется? Мальшё?.. Не, ту просто ты чуть не уронила, эта – та, что стояла правее и дальше, но… Может, если они такие названия всему придумывают, это вообще не для сборки.

А для того, чтобы две обкурившиеся дуры нашли себе занятие на ближайшую вечность по их меркам. Какие прозорливые шведы.

Удивительно, но она помнит о том, где и как они добывали шкаф, может рассказать о количестве прыщей на лице консультанта – сознание с радостью рвётся куда-то далеко, покорять Эверест и общаться с аборигенами Папуа, но менее глобальные вопросы оно игнорирует. Но шкаф-то нужно собрать. Это уже граничит с навязчивой идеей, заставляя Сэру собраться в комок, каким-то чудом, кривляясь и сопя, усесться по-турецки, и снова окинуть взглядом инсталляцию имени Дня Независимости.

Она умная, да.

– Хуй с ней, с инструкцией, – подводит итог своим мыслям Сэра, теребя выжившую «антенну», торчащую из её головы как авангардное изображение эрекции. Когда таких две, ассоциаций нет, а когда она осталась одна – сразу лезут. – В смысле, сделаю.

Концентрация членов в мыслях, образах и диалогах резко подскакивает до невообразимых пределов, когда речь заходит о небоскрёбе в форме члена. Сэра сдавленно хихикает и валится носом в пол, мелко трясясь от комичности сложившейся ситуации. У неё на башке – член. Небоскрёб из Лего – тоже в форме члена. Даже Марисса, блядь, говорит о членах – о двух огромных небоскрёбах, которые бы замечательно смотрелись вместо двух башен-близнецов.

Смех Сэры больше похож на кашель с судорогами.

– Ты что, это же идеальная акция феминисток! – слова приходится из себя буквально выжимать, продавливать сквозь смех, – Победа… ха… над образом патриархата… ха… ответ на вековое угнетение… ха-ха…

Был бы у них не день траура, а какой-нибудь «День разрушенных оков патриархата». Нужно было строить члены-близнецы, определённо.

+2

5

Мариссе до того смешно, легко, радостно и задорно. что она могла бы прямо сейчас вскочить и пойти купить десяток наборов лего, чтобы собрать из них два пенискреба на крыше их гнусной халупы (это она любя, конечно же). Останавливало от такого опрометчивого поступка исключительно то, что для этого пришлось бы поднимать себя на ноги и куда-то идти. А идти было сложно. Да что там - даже шевелиться было сложно, а к полу уж и вовсе словно придавило.

Гравитацией, не иначе.

- Ох, и правда, - хохочет Марисса. Под руку попадается телефон, как некстати! Но сама она, похоже, считает иначе, - Я, кажись, от этого прямо прозрела!

Марисса бесстрашно выбирает номер брата из списка контактов, через пару гудков обе девушки могут услышать его усталый голос.

-Я, короче, поняла, насколько твое общество меня чудовищно угнетало, цис-скам! Мы с Сэрой теперь радикальные лесбо-сепаратистки! - говорить было очень трудно, но Мариссе все же удалось выдавить из себя фразу и зайтись в приступе совсем уж неукротимого хохота.

"Ты что, пьяна?" - буднично интересуется брат.

-Не-е, ты что, - протягивает Марисса. И тут же заходится новой волной смеха, - Я на-ку-ре-на, ха-ха!

Адам усмехнулся, пожелал им удачного вечера и повесил трубку. От голоса братца на душе стало совсем уютно и хорошо, Марисса даже стащила с диванчика плед (разумеется, теплый и клетчатый), в который укуталась, поджав колени. Впрочем, гора невнятных деталей на полу почему-то не уменьшалась и, кажется, ей не оставалось ничего, кроме как, сделав над собой усилие, заняться сборкой.

- Так, пора разделаться с этим дерьмом раз и навсегда! - резко вскидывает руки вверх Марисса, скидывая с себя плед, - Ты умнее, так что поправь, если я не права: надо начать с основного... эээ...

Слово крутилось на языке, но упорно не хотело вспоминаться. Марисса вертелась, и так и сяк, перебирая слоги, но никак не могла составить из них нужное.

- А, с каркаса! - спустя пару минут мучений нужное слово все же было найдено, - Или у тебя есть другие мысли на этот сче-ет?

В конце концов, Сэра - гений. Может быть, она просто соберет шкафчик, словно паззл, или, пользуясь другой, неведомой посредственному мариссиному уму системой. Хотелось на это надеяться, во всяком случае.
Иначе спотыкаться об эту хрень им до скончания лет.

Единственный их шкаф был бесценным райским садом, где произрастал волшебный звездолист. Ни один другой не мог с ним сравниться.
Серьезно, на кой черт им понадобился еще один?

Отредактировано Marissa Robertson (2016-11-19 23:31:11)

+1

6

Веселье, завладевшее Сэрой, разукрашивает мир в оттенки радуги – нет, конечно же, даже в её воспалённом и раздразнённом видении, цвета не меняются, но всё становится другим. Более радужным, более радостным, глубоким, что ли. Перемены в видении захватывают её, как ребёнка – вид витрины с великолепной игрушечной железной дорогой, по размерам занимающей половину квартиры, и Аллен, в любой другой ситуации отреагировавшая бы на попытку кому-то позвонить со стороны рыжей мгновенно, упускает свой шанс.

– Зря! – сообщает она, следя за процессом набора номера, и тем самым расписывается в собственной беспомощности. Надо было, конечно, отрубить трубу ещё до того, как они начали пробовать готовое, но эта проблема кажется ничтожно малой. Сэра снова давится смехом, переворачивается на спину, вслепую нашаривает детали и начинает пытаться собрать их в единое целое, вертя над головой. От голоса по ту сторону трубки (как Марисса умудрилась включить громкую связь?) щёки вспыхивают румянцем, а детали внезапно соединяются во что-то – может, не совсем верное, но точно отвечающее нездоровым идеям.

Они не пьяны, нет-нет-нет.

Хорошего им вечера.

В том, что вечер будет хороший, Сэра не сомневается. Она ведь уже научилась попадать в нужную дырку, а это умение – самое важное в жизни.

– Желаю бороться за права порноактрис. – вдруг выдаёт Аллен, снова усаживаясь и раскручивая то, что только что скрутила, – Желаю им всем права на ежедневный бесплатный косяк, нормального отношения в обществе и своих, ха-ха, профсоюзов. Вот только соберу – и сразу начну, я тебя уверяю.

Идея начать с каркаса – хорошая. Однозначно.

– Значит, сейчас выбери из этой горы всё, что хотя бы приблизительно не относится к каркасу, – Сэра давится смехом, – Или это не подходит твоим лесбо-сепаратистским взглядам? Тогда я сама, всё сама, всё сама…

Она задаёт вопросы, на которые сама же отвечает, и начинает перебирать детали, повинуясь какой-то логике, откладывая часть из них в сторону, при этом выкладывая из них то ли узор, то ли не сложившееся слово. «Вечность» сосёт, лучше собрать «садоводство» – счастья последнее понятие приносит куда как больше.

+1

7

Марисса, разминая плечи и затекшую от полулежания-полусидения на полу шею, поднимается на нетвердо стоящие ноги. Удивительное дело, они держат ее гораздо лучше, чем могло показаться в почти-горизонтальном положении. Марисса чувствует себя величественной, как Пэктусан, Святая Гора Революции, что в Корее, но не в той Корее, где танцующие мальчики.
Откуда Марисса вообще про нее знает? Вопрос остается без ответа, зато в мыслях вспыхивает образ тамошнего президента - низенького и круглого, со смешной прической. Все это настолько сильно смешит Мариссу, что она, заливаясь задорным смехом сильно накуренной женщины, делает пару шажков ближе к куче деталек и падает на колени рядом с ней, утирая проступающие на глазах слезы.

- Че ты несешь, - поначалу даже непонятно, продолжает ли Марисса мысленный диалог, или обращается к подруге. Но ее слегка расфокусированный взгляд в итоге останавливается на Сэре, - Суть лесбийского сепаратизма же в том, чтобы подружка помогала подружке, понимаешь? Даже если помощь заключается в заталкивании продолговатых штук в дырку...

Мысль кажется Мариссе нескончаемо глубокой и мудрой, а потому она, взяв из кучи две штуковины покрупнее, которые, вроде как, могли смахивать на каркас, соединяет их. Отверстие издает характерный звук - "чпок!"
Марисса, словно ребенок, нашедший новую игрушку, разъединяет детали. "Чпок!"
Соединяет. "Чпок!"

- Ну, на то он и лесбийский, - внезапно продолжает мысль Марисса, - Хотя-я, я бы предпочла би-сек-су-а-листс-кий сепаратизм, или как это лучше сказать? Ну... Короче... Чтобы все всем помогали заталкивать продолговатые штуки в дырки, во. Хотя, если все, то какой же это сепаратизм?..

Марисса озадачено рассоединяет пару деталей еще раз, губы ее безмолвно повторяют тот же "чпок".

- Я почти готова возбудиться от сборки шкафа из икеи, - увлеченно разглядывая ту деталь, которую надо вставлять, неожиданно вменяемо говорит Марисса. На некоторое время замолкает и медленно моргает, и, неожиданно вздохнув, добавляет, - А братан-то тоже в говнину упоротый, ты слышала? Только это мы травкой накурились, а у него что-то посерьезне поди.

Казалось, мысль о брате слегка отрезвила Мариссу, и та вернулась к разгребанию кучи деталей. Искать те, которые каркас, было сложнее, чем казалось несколько минут назад, а потому через некоторое время перед ней лежала горка просто тех, которые нравились ей больше остальных. Вряд ли дела так делаются, но Мариссе было все равно.

- Наверное, как-то так? - почесывая макушку, спросила она Сэру.

Отредактировано Marissa Robertson (2016-11-25 17:35:06)

+1


Вы здесь » ZUGZWANG » Давно и неправда » 04.07.2015 / зачем нам шкаф